Неверный логин или пароль
Забыли пароль?
 
25 Июня 2024 вторник
Петр Волков16.12.2021  с помощью Деловая газета Взгляд
Что ставить современным театрам, когда ставить нечего
Вообще любую пьесу с матом можно даже не читать. Потому что автор, использующий мат, а) безнадежно устарел, б) у него нет художественных средств в принципе.
Автор представил достаточную подборку современной драматургии, доступной для него (как профессионала) и которая рядовому читателю-зрителю в общем то не доступна. Но по тем современным пьесам, которые уже были представлены зрителям, можно сказать, что тенденция, отмеченная автором - «системная ошибка у большинства новых авторов» действительно имеет место. Правда вывода – причине (вернее причинам) подобной «системной ошибке» автор ничего не пишет, возможно он оставил возможность высказаться по этой теме своим читателям. Понятное дело, что все причины подобного состояния современной драматургии (а вернее вообще современной массовой культуры) выделить невозможно, но одна причина лежит на поверхности, её все знают и даже в русском языке появился корявый слоган-характеристика этой причины – «пипл хавает». Надо заметить, что явление не новое, оно можно сказать уже с бородой, знаменитый писатель Дюма подобный эффект изложил в афоризме «Если бы не было распущенности, то не было писателей, описывающих распущенность».
Закон экономики «спрос рождает предложение» никто не отменял, тем более если «пипл хавает». Максимальным спросом пользуется поп-рок-рэп громыхание. Тупые, примитивные, безнравственные и пошлые телешоу смотрит половина страны. Дегенеративные, откровенно лживые и «жареные» факты в средствах массовой информации расходятся на ура, их ждут и, если в новостях рядовой покупатель-потребитель не найдет новостей и фактов, подходящих по количеству и «качеству», он чувствует себя обделенным. Хорошие книги и классика покупаются плохо, всякая дребедень (Браун, Фоменко, Докинз, фэнтези и прочие оттенки серого) купаются хорошо. И поскольку «пипл хавает», никакая государственная цензура здесь не поможет, и Дюма это прекрасно знал чуть ли не двести лет назад.